Экономико-правовое развитие рыночных механизмов в России

Экономико-правовое развитие рыночных механизмов в России
Rate this post

Рыночный механизм

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

Нельзя отрицать тот факт, что Адам Смит — гениальный экономист-исследователь, но все ли положения его теории являются бесспорными и эффективными в современных эко­номических условиях? Рассмотрим последовательно наиболее значимые постулаты из теории Адама Смита.

  1. Постулат экономической свободы и свободной конку­ренции, в частности: «…Без всякого вмешательства закона, частные интересы и стремления людей естественно заставля­ют их делать и распределять капитал любого общества среди различных занятий, существующих в нем, по возможности в точном соответствии с тем, что наиболее совпадает с ин­тересами всего общества в целом. Между тем разного рода ограничения нарушают естественное и наиболее выгодное распределение капиталов».

Таким образом, эффективный рыночный механизм, по Адаму Смиту, такой, при котором вмешательство госу­дарства минимально, а равновесие в экономической системе достигается путем создания условий свободной конкуренции. Причем в настоящее время данный постулат дошел до аб­сурда, к примеру, вмешательство государства в деятельность частных компаний зачастую рассматривается как нарушение принципов демократии и свободного рынка. Но что значит свободная конкуренция? По Адаму Смиту — это когда инди­видуальные потребности ставятся выше общественных по­требностей, при этом Адам Смит считал, что конкретный субъект экономических отношений должен преследовать ис­ключительно свою личную выгоду, потому что в конечном счете это дает положительный эффект обществу в целом. Возникает вопрос, каким образом личные амбиции 10% на­селения РФ (имеющих 90% всего получаемого дохода) и кон­куренция между ними создадут положительный эффект, на­пример, для 13,5% населения за чертой бедности? Проблема в том, что Адам Смит не учел тот факт, что рынок и экономи­ка в целом — это отнюдь не самоорганизующиеся системы, которые всегда направлены на достижение положительного эффекта. При этом личные амбиции одного индиви­да при свободной конку­ренции отнюдь не служат общему благу, как считал Адам Смит. Исследования выдающегося математика и нобелевского лауреата по экономике Джона Нэша в области теории игр факти­чески опровергают концеп­цию Смита о свободной конкуренции и личном благе. Так, Джон Нэш доказал, что в некооперативных играх достичь равновесия и сделать систему устойчивой возможно только при разработке конкурентными сторонами взаимной стра­тегии, при которой все участники будут в выигрыше, то есть конкурентная борьба, основанная на индивидуальных амби­циях, приведет в лучшем случае к положительному эффек­ту для одной стороны или потерям для всех участвующих сторон. К примеру, конкуренция таких компаний на рынке ипотечных облигаций, как Bank of America, JPMorgan Chase Bank, Citibank, AIG и т. д. привела в 2008-2009 гг. к совокупно­му убытку для всей мировой финансовой системы в размере 3,5 трлн долл. (по оценке МВФ), без учета количества людей, которые остались без жилья и средств к существованию. Вто­рой важный недостаток принципа свободной конкуренции заключается в определении «свободная», большинство круп­ных конгломератов предпочитают договориться между собой и поделить рынок, конкурентная борьба в этом случае носит исключительно декоративный характер, при этом остальные участники рынка, соответственно, будут иметь минимальные шансы на успех. Не учитывается тот факт, что изначально большинство субъектов экономических отношений находятся в неодинаковых экономических условиях. К примеру, боль­шинство ключевых постов в финансовой системе США зани­мают бывшие работники все тех же Bank of America, JPMorgan Chase Bank, Citibank, AIG и т.д. (Генри Полсон, 74-й министр финансов США, до вступления в должность министра фи­нансов являлся председателем и главным исполнительным директором Goldman Sachs, по аналогии с бывшим прези­дентом РФ — Медведевым, бывшим топ-менеджером ОАО «Газпром»). В такой ситуации очевидна возможность лоб­бирования интересов отдельно взятой группы компаний, на уровне государства, бывшими сотрудниками. В конечном итоге свободная конкуренция, по Адаму Смиту, приводит к обогащению отдельно взятой группы людей, без учета ин­тересов общества в целом. Большинство сторонников теории Адама Смита о свободных рынках, говоря о конкуренции и конкурентном преимуществе, ссылаются на так называемый принцип «невидимой руки рынка», проанализируем данный постулат.

  1. Постулат «невидимая рука рынка» — «термин, ведущий свое происхождение от Адама Смита и означающий рыноч­ный механизм саморегулирования экономики. Согласно ут­верждению А. Смита, в экономике свободного рынка отдель­ные индивиды, руководствуясь собственными интересами, направляются как бы невидимой рукой рынка, и их действия поневоле обеспечивают осуществление интересов других людей и общества в целом». Осознанно или неосознанно, А. Смит развитием данной концепции, фактически на мно­гие годы вперед дал оправдание большинству злоупотребле­ний, неэффективных решений в экономической политике, несостоятельности финансовых концепций развития и т.д. То есть существует некий механизм, который регулирует ры­нок, обязательным условием является свободная конкурен­ция и отсутствие ограничения личных амбиций, но так как механизм «невидимый», то и ответственность за отрицатель­ный результат никто не будет нести. Рассмотрим следующую ситуацию: «Французские банки согласятся на добровольное участие в оказании Греции финпомощи в виде реинвестиро­вания получаемых при погашении облигаций страны средств в ее новые долговые обязательства (так называемый rollover), только если международные рейтинговые агентства не снизят рейтинги страны по существующим или будущим выпускам гособлигаций до дефолтного уровня, — сообщает агентство Bloomberg. — Рейтинговые агентства неоднократно заявляли, что участие частных кредиторов в оказании финансовой по­мощи Греции может быть расценено как дефолт, что сразу же будет означать, что греческие гособлигации больше не могут считаться обеспечением для получения кредитов в ЕЦБ». Да­лее: «Ведущие рейтинговые агентства мира одержали еще одну победу в суде, в очередной раз избежав ответственности за миллиарды долларов убытков, понесенных инвесторами во время финансового кризиса. Апелляционный суд второго судебного округа США (штаты Нью-Йорк, Вермонт и Кон­нектикут) постановил, что Moody’s Corp., Standard & Poor’s и Fitch Ratings нельзя привлечь к ответственности за рейтинги, присвоенные ипотечным ценным бумагам. По мнению судей апелляционного суда, рейтинговые агентства лишь высказы­вали мнение о надежности ценных бумаг, однако они не яв­лялись официальными андеррайтерами, а право выражать мнение защищено первой поправкой к конституции США». То есть сложилась абсолютно абсурдная ситуация: на свобод­ном рынке присутствуют три рейтинговых агентства, которые выражают свое собственное мнение и фактически определяют судьбу целой страны, таким образом, финансовые отношения между странами ЕС в данном случае строятся не на рыночных отношениях, а на личном мнении рейтинговых агентств. Но где в этом случае «невидимая рука рынка», по какой при­чине регулирующим механизмом рынка выступает некое частное мнение, и при этом за высказывание этого мнения никакой ответственности нет? Можно возразить, что рейтин­говые агентства никакой выгоды для себя не имеют, это впол­не возможно, но после публикации рейтингов доходность греческих облигаций достигла исторических максимумов, а это миллиарды долларов дохода для держателей облига­ций, крупнейших банков ЕС. Далее пример: «В Европе новый герой: место Греции неожиданно заняла Португалия, которой все то же агентство Moody’s срезало суверенный и банковский рейтинг сразу на 4 пункта до «мусорного» уровня, сохранив прогноз негативным — причем в качестве обоснования значи­лось «Лиссабон запросил помощи, значит, его дела плохи, по­этому надо наказать». Такой подход возмутил чиновников ЕС, которые дали понять, что теперь уж точно стоит заняться соз­данием европейских рейтинговых служб в противовес «необъ­ективным» американо-британским. Эффект был мгновенным: Moody’s сразу заявило, что прогноз по рейтингу Португалии можно поднять до стабильного». Нелогичность существую­щего механизма рыночных отношений зачастую превышает все пределы: «Московский арбитражный суд установил, что Макдональдс — это сеть не ресторанов, а магазинов, поэтому он может платить НДС по ставке 10% вместо общепитов­ских 18%: суд забыл разъяснить, почему тогда на продукции Макдональдс нет этикеток с указанием состава, срока хране­ния и прочих атрибутов магазинных товаров». Это пример того, как на рынке не рыночным способом можно получить конкурентное преимущество, путем снижения налоговых издержек.

Данные примеры свидетельствуют лишь об одном — по­нятие свободной конкуренции абсолютно эфемерно, рыноч­ные отношения определяют две составляющих: информация и капитал, никакой «невидимой руки рынка» не существовало и существовать не будет. Джон Нэш в своих работах прямо указывал на фактор информации как на основополагающий при установлении рыночных отношений, при этом рынком управляет капитал, который со временем накапливается в руках ограниченного числа субъектов экономических от­ношений, которые в свою очередь обладают максимальной полнотой информации. Причем накопление капитала в один момент происходит экспоненциально, то есть с ускорением, что в свою очередь предполагает снижение уровня доходов у оставшихся субъектов экономических отношений. Отсю­да можно сделать вывод, что та рыночная модель построе­ния экономической системы, принятая за основу в России, не оправдывает себя с точки зрения эффективности.

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 1 (80) 2015


Хайруллин В. А.

You may also like...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *